Наталья Юрьевна Кожухова и Виктор Николаевич Шишкин - это не просто семейная пара, а настоящий творческий союз двух художников. Как они нашли друг друга и как складывается их семейная жизнь, не тесно ли двум творцам под одной крышей?

-     Наталья Юрьевна, Виктор Николаевич, первый, и самый очевидный, конечно, вопрос, как вы познакомились?

-     НЮ: Как и большинство отечественных художников, мы познакомились на совместной работе, это был замечательный проект в начале 2000-х, Московская Академия Генштаба захотела сделать себе храм внутри комплекса, но не отдельную постройку, а внутреннее помещение, где раньше был клуб. Храм был во имя Михаила Архангела, святого покровителя воинов. Работать было сложно и интересно, военные и художники - это люди, которые живут в разных системах координат. Им было с нами очень тяжело, художники зависят от вдохновения, и это не всегда понятно окружающим. Почему мы не лезем всей бригадой на леса махать кистями? Этот вопрос буквально висел в воздухе и жутко нервировал художников. Именно там я увидела своего будущего мужа, меня впечатлило то, как он мягко и деликатно сглаживал острые углы и недопонимания между абсолютно разными людьми. А он был корыстен, он хотел научиться реставрации, я как раз была реставратором.

IMG_2242.JPG

-     ВН: Да, и я сказал ей, учите меня, пожалуйста, и до сих пор вот учусь. Там было много интересных историй, на самом деле. Как-то прислали художника нам в помощь, а я пошел его встречать на проходную, подошел, смотрю, стоит средних лет мужчина, седой, с бородкой, хвостиком, сразу видно, художник. Я к нему подхожу, говорю, вы храм, наверное, ищете? Он кивает, я говорю, ну, будем знакомы. Он мне руку протягивает, солидно так, говорит: Перов. Я немного опешил, руку тоже ему протягиваю, говорю Шишкин. Мы посмеялись, говорю: ну давай, Васнецова дождёмся с Суриковым, и пойдём. А так смешного было много, например у нас коридор долго не принимали, а оплачивали по приеме всего, раз участок не приняли, то никто не получает денег. Меня отправил работодатель, говорит: Вить, давай, подправь там что-нибудь, чтоб всем понравилось. А я понимаю, как трудно нам с военными, там комиссия собралась, я говорю: пойдёмте, вы прямо скажете мне, где и что исправить, взял бумагу и по пунктам записываю. А картины там - всё, что касается военной тематики, от трёх богатырей до подводных лодок, все разного масштаба, всё в коридоре. И там была картина, где кидают знамёна к подножью Мавзолея, на котором стоит правительство. Там Жуков в такой огромной шинели, где ордена не умещаются, и рядом Сталин в таком скромненьком пиджачке стоит. Комиссия на меня смотрит, и один товарищ мне и говорит: «Да Сталин бы на мавзолее его расстрелял! Значит, пишите там себе:

1)      Переодеть Жукова

2)      Поработать со Сталиным

Я пишу и думаю, кто бы мои записки эти почитал потом, о чём бы подумали? Ну, Жукова я им «переодел», конечно.

И на той же картине был огромный план неба, очень пустой, поэтому я там всякие облака накрутил, а вдалеке храм Василия Блаженного, солнцем освещённый. И глава комиссии смотрит и говорит: «Красиво, конечно, но так не бывает». На что Владыка, а раз мы храм расписываем, то в комиссии есть и Владыка, уверенно сказал: «На небе всё бывает!»

Эта фраза теперь со мной всегда.

IMG_2245.JPG

А в самом храме было изображение всех святых. На первом плане, раз военное учреждение, Нахимов, Суворов, Невский. Все такие солидные, а Суворов без нимба. Он в тот момент часто изображался, но к лику святых причислен не был. Комиссии не понравилось, пришлось ему нимб пририсовывать.

В другом храме, во Владыкино, Рождества Богородицы, есть кладбище. И я хожу там, рассматриваю, и там булыжник, на котором написано: Шишкин Виктор, и главное дата рождения - 1 марта, как у меня. В ужасе был, конечно, как так - на кладбище мои данные. Рассказал батюшке, он говорит: это знак. Я сразу спросил, что, полягу у вас здесь? Ну, пока всё хорошо, слава богу.

-     А расскажите про жизнь! Два художника - это конкуренция, или как?

-     ВН: Нет, какая конкуренция. Я больше живописец, Наташа иконописец, советуемся, помогаем друг другу. Если более академическая работа - я делаю, реставрация, иконопись - она возьмется. Всё у нас в лад. Работаем по отдельности в основном, больше помогаем друг другу. Бывали крупные проекты, где вместе пишем, но в любом случае всегда мирно.

Никаких конфликтных историй не было, конечно. С храмами даже если я один работаю, то прошу её с золотом помочь где-то, с орнаментом. Контакт всегда есть. Ну, а в мелких заказах совсем у каждого своё, я больше натюрморты пишу, портреты, пейзажи.

-     НЮ: А еще иногда занимаемся живописью в интерьерах. Тоже несколько интересных историй было. Однажды у знакомой дочка очень хотела кота, но у неё аллергия и возможности завести животное не было ни малейшей. И мама придумала композицию, на стене нарисовать чёрную дыру, а оттуда выглядывает кот. 

IMG_2238 (1).jpg

Но Виктор Николаевич отговорил, чёрная дыра это всё-таки нехорошо, не «фен-шуй», как сейчас говорят. И предложил свой вариант. Он нарисовал пролом в стене, причем иллюзия была настолько мощной, что отец, когда пришёл домой, поверил, что это правда стену пробили. Квартира была только что куплена и отремонтирована. Он сначала схватился за сердце, после за штукатурку, ну, понял потом, конечно. Через тот пролом была видна даль, чудесный город, и кот выглядывал сбоку, но центром композиции всё же был город. А в небе была хитрость, едва видно, облаками, он написал силуэт Богородицы. Если не знать, то и не разглядишь. У девочки был такой период, подростковый нигилизм, маму это беспокоило, конечно. И девочка, впервые увидев картину, задумалась и сказала: Вот теперь у меня есть собственный, личный Иерусалим. И надо сказать, что довольно быстро характер выправился. Не думаю, что прямо так живопись повлияла, но в искусстве, конечно, какая-то тайна есть. Ещё была история про кухню, в стиле хайтек, кирпичные стены, минимализм, и женщина захотела ложное окно. Это ещё с ренессанса популярно, визуально расширяет пространство. И она придумала, чтобы за окном был Манхэттен. 

IMG_2237 (1).jpg

Долго сомневались, потому что в квартире за реальным окном небоскрёбы, и за обманкой тоже небоскрёбы, как-то бессмысленно. И мы написали целую драматургию. Распахнутое окно, за ним океан, вдали Манхэттен, и в это распахнутое ветром окно влетел баклан. А у них стояло ведро такое, красное, эмалированное, Америка 20-х годов, и баклана нарисовали прямо за ним, на плинтусе сидит, притаился за ведром, держит какую-то бумажку. Настоящая история. Очень красиво вышло. Живопись всегда оживляет интерьеры и иногда помогает найти в них новые, неожиданные смыслы. Главное - не бояться экспериментов! И слышать, чувствовать и понимать друг друга. Не выпячивать свое «я», лелеять общее «мы» и подстраховывать всегда своего партнера. И тогда вы обязательно нарисуете вместе свое счастье. Как мы с Виктором.

Текст: Маргарита Зимина.